Главная » Статьи » Армяне М. Александропулус

Таг
В монастыре Гегард, том, что вырублен в скале, Наапет спел нам три песни.
У него" хороший голос; в молодости он пел в хоре, и знакомые сказали нам, чтобы мы попросили его спеть в Гегарде, где изумительная акустика, особенно во втором ярусе: «Вы, конечно, его уговорите».
Мы были одни в верхнем ярусе. Лишь под конец, когда Наапет пел третью песню, в дверях появились молодые армяне; остановившись, они слушали его как зачарованные. Потом очень тепло поблагодарили.
Гегард производит незабываемое впечатление. Это монастырь XII века. Войдя в его ворота, оказываешь¬ся в обычном монастырском дворе. Видишь кафед¬ральный собор, источник, ряд келий, защищенных сте¬ной от ветра. Храм — центрическое крестообразное со-оружение с клиновидным куполом на большом барабане с характерной мозаикой из наклонных плоскостей, образующих уступчатую кровлю. Позднее пристроили I притвор; он ниже и шире. Из него в собор ведет узкая Дверь. Храм похож скорей на дом или боль¬шой зал. В центре потолка отверстие, как в старин¬ных сельских домах — световой проем и дымоход. Очень красив декор потолка и четыре поддержива¬ющие его прочные колонны.
Одну стену нефа заменяет скала, как бы пролог к тому, что мы увидим, пройдя через два входа и 1°казавшись в церквах, вырубленных в скале. Зрелище неповторимое. Это как бы пещера, но прекрасной аРхитектуры. Мастера не просто вырубали камень из скалы, но и строили. Подземные храмы ничем не отли¬ваются по архитектуре и декору от воздвигнутых под ^крытым небом. Армянские храмы поражают слож¬ностью конструкции и вместе с тем простотой. Одно неотделимо от другого. Замечательная работа, точно найденные пропорции. Это общее впечатление. Кроме 1 того, в память врезается скромный декор, глубоко и прочно, как он вырезан на камне. Бычьи головы, люди львы, совершенно живые орлы, наивные, с обращенным г на нас взглядом: словно что-то происходило здесь раньше и наше появление их вспугнуло. Застыв в неудобных позах, они смотрят на нас с еще большим удивлением, чем мы на них. Как и всюду, в Гегарде особен- | но восхищает резьба по камню: тонко обработанная I деталь и едва намеченный контур. Армяне замечательно владеют этим искусством.
Итак, в одной из внутренних церквей Наапет спел нам. Его низкий голос словно поднимался по желобку большой раковины, ширился, звуки струились по розовым изгибам и гасли в свете, проникающем из центрального отверстия в потолке. Потом хорошо натренированный голос Наапета выводил новую руладу, медленно i1 поднимающуюся ввысь. Я слушал его и думал, что за двадцать лет знакомства, встречаясь в Москве, я и не | предполагал, какие песни таятся в нем, какие древние печали предков отражаются в его мыслях. Нельзя понастоящему узнать человека, не услышав, как он поет, Тем более без песен нельзя узнать страну, народ.
В тот день Наапет спел одну прекрасную песню, написанную, возможно, самим Маштоцем или Хоренаци, другую песню великого Комитаса1, армянского Ро¬мана Сладкопевца2, на слова поэта VII века, и третью более позднюю.
До X века армянская поэзия неотделима от религии и церкви. Она, как и музыка, очень похожа на визан¬тийскую поэзию; на медленные церковные мелодии мо¬лящихся коленопреклоненных евреев, сирийцев и дру¬гих набожных народов Востока. Не знаю, насколько она соответствовала греческому древнему складу, но в Ар¬мении, восточной стране, она заструилась, забила клю¬чом. Те же люди, которые дали народу письменность и духовную историю, взяли образцы у сирийцев, византийцев и приспособили к своим потребностям Они сочиняли стихи и музыку, придерживаясь церковных канонов, но и письменность и литература — все было их собственное — восточная музыка и поэзия в своей естественной атмосфере. Выдающиеся личности V века, Месроп Маштоц, Саак Партев, Иоан Мандакуни, свя¬зали свои имена с церковной музыкой и поэзией, ее разновидностями, кцорд и шаракан. По их пути пошли католикос Комитас (VII в.), Степанос Сюнеци (VIII в.), имевший греческое образование, Григор Нарекаци (X в.), отделивший поэзию от церковного богослуже¬ния, и его последователи Ованес Имастасер, Нерсес Шнорали, Григор Тга, Нерсес Ламбронаци, поэты ар¬мянского Прованса'— Киликии.
До XIV века традиция эта не прерывалась. Кроме того, по образцу церковных гимнов сочиняли религи¬озные стихи, выражавшие индивидуальное душевное состояние. Подлинное личное волнение находило спо¬собы выразить себя поэтически и в этих оковах; впро¬чем, то были совсем не оковы. Каноны церковной поэзии и мелодии, еще не ставшие штампами, долгое время творчески воздействовали на истинное поэтическое чувство. Не случайно, помимо специальных наимено¬ваний, поэтические и музыкальные пьесы назывались тагами, то есть песнями, как и те песни, которые пели в поле и дома. В ткань церковной песни вплетались и лирические картины, выразительные средства народ¬ной поэзии, древней и привлекающей людей ученых,— ведь она была проникнута национальным колоритом и стремлением к независимости.
Особое влияние на поэзию оказали древние эпичес¬кие песни. Впервые их собрал Хоренаци в своей «Исто¬рии». Они прочно вошли в национальное сознание, как и все, связанное с историей и культурой Армении. Как было сказано выше, сведения о прошлом армянские историки черпали из устного фольклора. В армянских песнях растворились древние легенды и исторические события. Обычно образ древнего царя в поэзии связан с историческими личностями, жившими в разное время, а подчас и легендарными. Первый эпический цикл отра¬жает древнейшие исторические события; центральный образ его — Трдат I, и эпоха, хронологически отмечен¬ная знаменитой древней столицей Артаксатой, то есть доэллинистический и доримский период. Певца, кото¬рый слагал и хранил в памяти песни, называли випа- сан, и позже весь цикл получил в литературе название «Випасанк». Следующий цикл — «Персидская вой¬на». В нем отражены события, происходившие до V века,— войны с персами и римлянами или византий¬цами. Но главное — столкновение армян, которых пред¬ставляет царь Аршак, с персами во главе с Шапухом. Есть прекрасная песня, где рассказывается, как Ша- пух, заключив Аршака в крепость Ануш, приказал убить главнокомандующего Васака Мамиконяна. С Васака Мамиконяна содрали кожу и, сделав чучело, поставили его в келье Аршака. В древних повествова¬ниях сохранились разные описания страшной крепости Ануш, об узниках которой под страхом смерти никто не имел права напоминать персидскому царю. А кто ос¬меливался это сделать, попадал в башню Забвения.
В песне рассказывается об исторических событиях, борьбе новых персидских царей, Сасанидов, с армян¬ской династией Аршакидов — ветвью одноименной пер¬сидской династии. Сасаниды поставили своей целью покорить Армению.
Шапух приглашает Аршака в Ктесифону. Как и прежде, Аршак уверяет персидского царя, что он его друг, брат, раб и союзник. Но Шапух ему не верит. Он знает: стоит Аршаку оказаться в Армении, как он снова объявит Персии войну. Призвав магов, он спрашивает, что ему предпринять. Тридцать лет, говорит он, мы во- юем с армянами и не можем с ними поладить. А теперь I их царь у меня в руках. Что же с ним делать? Отпус¬тить на родину или заключить в крепость? Маги-жрецы советуют не отпускать Аршака, а подвергнуть испыта- I нию: послать в Армению людей, чтобы привезли воз земли и бурдюк воды; землю рассыпать по полу так, чтобы она занимала половину шатра, а сверху полить водой из бурдюка. Так и делают. Потом Шапух при¬глашает Аршака, подзывает его к своему трону, то есть на персидскую землю, и спрашивает:
— Скажи, почему ты меня ненавидишь, перечишь мне, поступаешь по-своему? Я хотел выдать за тебя замуж свою дочь, и ты бы стал моим сыном. Но ты предпочел стать моим врагом и воюешь со мной уже больше тридцати лет.
— Ты прав,— отвечает Аршак.— Сознаю, велик мой грех: я обманул тебя, и ты теперь вправе меня убить. Но знай, я твой друг, припадаю к твоим ногам, низко кланяюсь и говорю: пока жив, буду твоим верным рабом и союзником.
Шапух за руку ведет его в другой конец шатра где насыпана армянская земля. Сев на трон, спраши вает то же самое, но Аршак отвечает:
— Убирайся от меня подальше, неверный раб. Ты убил своих правителей, похитил у них трон и царство. Никогда не прощу этого ни тебе самому, ни твоим де¬тям, ни детям детей твоих. Буду воевать с вами, пока не отомщу за кровь моих родичей и не верну им пер¬сидский трон.
И так повторяется трижды. Затем Шапух пригла¬шает Аршака на ужин и сажает его на самое послед¬нее место. Оскорбленный Аршак отказывается сесть на подушку, которую ему предлагают, и говорит персид¬скому царю примерно те же слова, что сказал на армянской земле. Тогда Шапух приказывает связать его и отправить в крепость.
Следует рассказ о спарапете Васаке, армянском главнокомандующем. Он очень мал ростом — по ле¬генде, Мамиконяны были родом из Китая,— и при виде его Шапух говорит царедворцам:
— Поглядите-ка на эту зеленую ящерицу, тридцать лет я с ней воюю и не могу ее усмирить.
— Может быть, ростом я и мал,— отвечает спа- рапет,— но для тебя я — лев и великан. Вытяну ноги, наступлю на вершины двух гор, и обе рухнут под моей тяжестью. Они дрожат, когда слышат мое имя.
— Что это за горы? — спрашивает царь.
— Одна — ты, а другая -г- царь римлян...
Многое почерпнул отсюда Фавст Византийский,
ГПавстос Бюзанд, как его называют армяне.
Эти песни, как и более древние, не составляют * эпических комплексов. Они распространялись вместе
с лирическими народными песнями бродячими певцами гусанами, игравшими на тавиге, сазе и других музы¬кальных инструментах.
Значител ьно более поздний памятник *ДавидСасун- ский» (то есть Давид из Сасуна) — это уже националь¬ный армянский эпос, отражающий длительную войну с арабским Халифатом.
В горах Сасуна, между истоками Тигра и озером Ван, армяне неоднократно находили убежище, отстаи¬вая свою независимость, особенно в войнах с араба¬ми — ведь эта область была в центре театра военных действий, между Багдадом и свободными армянскими царствами.
Впоследствии поэму разбили на четыре части.
В первой, которую обычно называют по именам двух братьев, Санасара и Багдасара, халиф узнает от своих людей, которые ездили в Армению собирать дань, что, у царя Гагика есть красавица дочь Цовинар. Халиф посылает за ней и под угрозой войны требует, чтобы ее привезли в Багдад. Цовинар соглашается приехать при условии, что сохранит христианскую веру. И ставит еще одно условие: чтобы ей построили собственный дворец, где она проживет год в одиночестве. Халиф на все соглашается. Цовинар готовится к отъезду в чужие края. Прощаясь с родными местами, она бродит по горам. Жарко, хочется пить. Цовинар пьет чистую, прозрачную воду из родника и беременеет. В Багдаде у нее рождаются два близнеца, Санасар и Багдасар, герои первого цикла.
Видя, как быстро они растут и крепнут, халиф ре¬шает их убить. Об этом узнает Цовинар. По ее слезам юноши догадываются об опасности и бегут на родину. Один плывет по морю и спускается в морское царство, а оттуда выходит верхом на волшебном коне, воору¬женный мечом-молнией. По дороге он пьет из родника, где текут вместе мед и молоко, и становится настоящим великаном. На родине два брата закладывают кре¬пость Сасун, Неприступную, и основывают там свое свободное царство. Затем братья борются с царем дра' конов и женятся: Санасар на царице Дехшун, Багда¬сар на ее сестре. Сын Санасара и Дехшун, Мгер, герои второй части.
Мгер, как и отец, совершает ряд подвигов. Он за¬щищает свое царство от всесильных, злых драконов и халифов. Побеждает и халифа Мсира Мелика, заклю¬чает с ним мир, и они становятся побратимами. Вскоре Мелик умирает, и его жена Исмил-ханум приглашает Мгера в край Мсир. Хотя жена героя, красивая и бла¬горазумная Армаган, уговаривает мужа не верить сло¬вам чужестранки и не ехать в Мсир, Мгер не внемлет ее советам. Исмил-ханум дает ему испить крепкого семилетнего вина и завлекает его. У них рождается сын. Узнав об этом, Армаган дает клятву сорок лет не пус¬кать мужа к себе в постель. Наконец исчезают чары, и Мгер слышит, как Исмил-ханум укачивает их сына: «Засияй, солнце Мсира, погасни, солнце Сасуна-». Тут герой вспоминает о своей родине, доме, жене, садится на коня и возвращается в родной край. Армаган согла¬шается нарушить свою клятву, чтобы Сасун не остался без защитника. Через год рождается Давид Сасун- ский.
Он главный герой всего эпоса. Его мать и отец рано умирают, и он остается сиротой. Молока ни одной дру¬гой женщины не приемлет младенец, и, чтобы он не умер, сасунцы отправляют его к Исмил-ханум, разде¬лившей ложе с Мгером. И в этой части герои — два бра¬та, но теперь их разъединяют соперничество и нена¬висть, поскольку они родились от разных матерей. Мо¬лодой Мелик с завистью и страхом наблюдает, как быстро мужает Давид, и приказывает отправить его на родину. А сам тайно отдает приказ своим людям убить его. Давид начинает совершать подвиги: он уничтожает врагов и целый, невредимый возвращается на родину. Защищая Сасун, он совершает новые под¬виги. Наконец на коне деда и с его оружием в руках он побеждает брата Мелика, выступившего в поход против Сасуна.
Из разных стран приезжают к Давиду, с предло¬жением о женитьбе. Но он любит красавицу Хандут- ханум. Этому желанному для обеих сторон союзу пре¬пятствует великанша Цимисхик-султанша. Она хочет выйти замуж за Давида, посылает к нему сватов и прекрасных певцов, чтобы заманить его в свое царство. Когда Давид едет встречать Хандут, внезапно появ¬ляется звероподобная султанша, завлекает его к себе и поит семилетним вином. На другое утро Давид приходит в себя и отправляется на поиски Хандут. Же¬нится на ней, освобождает ее страну от власти като¬лического папы (это уже эпизод из эпохи крестовых походов), отказывается стать там царем и возвращается на родину. Ему пытается помешать, преградить путь огромная султанша. Она вызывает Давида на поеди¬нок. Он просит отпустить его и отложить поединок на семь дней. Но вспоминает об этом лишь через семь лет и едет к султанше. Перед поединком он останавливает¬ся в красивой лощине и купается там в реке. Спря¬тавшись в камышах, за ним наблюдает молодая ве-ликанша с голубыми глазами, дочь султанши и Давида. Она узнает в нем человека, когда-то оскорбившего ее мать и теперь намеревающегося ее убить, и стреляет в него из лука.
Молодой Мгер, сын Давида и Хандут,— герой чет-вертой части. Он тоже рано осиротел. Узнав о смерти Давида, Хандут бросается со скалы. Дядя Мгера, Вер- го, злой и скупой человек, захватывает престол, и ма¬ленького царя отправляют в страну его матери, где он никому не нужен. Этот герой тоже вырастает во враж¬дебном окружении, неоднократно спасает родину от раз¬ных бедствий и борется не только со злыми людьми, но и со стихиями природы: то страшное наводнение грозит затопить царство, то огромные скалы преграж¬дают путь воде, и страна готова погибнуть от засухи. Даже с воинами самого Бога приходится сражаться Мгеру, чтобы спасти людей. Эти всесильные враги, сверхчеловеки, дважды мешают герою совершать под¬виги, и он, устав от испытаний судьбы, едет на могилы своих предков испросить их совет. Голос отца повеле¬вает ему ехать на гору Акравикар (Вороной камень) и там ждать своего часа.
Мгер стегает плеткой вороного коня, едет на Ак¬равикар и мечом разрубает гору пополам. И вот всад¬ник на коне с оружием своего прадеда Санасара вхо¬дит в горные недра и там ждет, когда пробьет его час.



Категория: Армяне М. Александропулус | Добавил: eduard (13.12.2010)
Просмотров: 278 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Джемете, гостевой дом "Роза Ветров".IPOTEKA.NET.UA - Ипотека в УкраинеКаталог ссылок. Информационный портал - Старого.NETСалон ДонбассаКаталог сайтов Всего.RU Компас Абитуриентаtop.dp.ru
Goon
каталог
top.dp.ru Rambler's Top100 Фотостудия: фотосъемка свадеб, фото модель, модельное агентство CATALOG.METKA.RU