Главная » Статьи » Армяне М. Александропулус

Наапет
Современная Армения — маленькая страна. По площади она равна четвертой или пятой части небольшой Греции; она, скажем, как Пелопоннес, точнее, как Албания. Первое впечатление, что попал ты в страну однообразную и обычную. Но затем в простых логических посылках начинаешь подозревать множество загадок. А загадок там великое множество, и для нас, греков, они представляют особый интерес. Нетрудно убедиться, что и армянские писатели задаются вопросом, каково же подлинное лицо их родины. Свою прекрасную книгу об Армении Наапет заканчивает словами о том, какого труда стоило ему понять свою страну, кропотливо изучая жизнеописания великих армян, древние кладбища, разбросанные по всему свету от Сингапура до Америки, изучая дома, улицы, высокие горы, тесные долины современной Армении Всюду искал он и ничего не нашел, а на многих пройденных дорогах растерял и то, что имел. Со времен Ноя из этих загадок рождалась прекрасная поэзия, существующая и поныне. И замечательная историография. Эти загадки мы должны рассмотреть повнимательней. И не забывать о том, что армянский патриот боготворит свою национальную культуру — неотъемлемую часть духовной жизни на протяжении веков,— особенно язык и письменность, подчас остававшиеся у него единственной духовной связью с родиной. Приехав в современную Армению, стоишь, смотришь, как с вершины горы, на которую только что взобрался, и понимаешь, что это еще не вершина,— вершин много, они впереди.
— Что вы, греки, о нас знаете? — сказал мне в первый день знакомства Наапет.— Боюсь, очень мало. У меня есть основание утверждать это. Да и я мою страну знаю не больше вас. Боюсь, вы остались при том, что слышали когда-то от армян из Дургути и старой Коккиньи. Прибавь к этому Карапета, которого играл Спаридис, если помнишь его, и дешевые семейные журналы, изредка попадавшие к нам в дом в Дургути, Коккинье, Эритрее... Теперь немногие из тех, кого я спрашиваю, помнят Дургути и прочее. А жаль... И Коккинья, где я родился, уже не та. Спрашиваю я о Скисто, где мы играли детьми, об Аспра Спитья. Их уже нет. Но греки армян не забыли. Вы тогда называли нас ииаче, но как, ни за что не скажу, пожалуй, ни к чему сейчас вспоминать. Впрочем, и своих, приплывших к вам на тех же пароходах, что и мы, разве не называли вы турецким племенем?
Мы беседовали в сердце Еревана, в узком и длинном подковообразном зале гостиницы «Армения». Жаркая летняя ночь, двенадцать часов. На нашем столике на проволочном древке развевался греческий флажок. Он не мог не колыхаться: Наапет весь вечер заказывал оркестру и двум певцам то одну, то другую песню. Один из них был сыном армянина, вернувшегося на родину с Кипра. Потом метрдотель, родом из Салоник, умный симпатичный мужчина лет пятидесяти, очень услужливый, в белом жилете и с галстуком бабочкой, распорядился, чтобы принесли бутылку «Ани», одной из лучших марок коньяка.
— Ани, так ведь называлась одна из древних столиц Армении во времена войн с Халифатом?
— Примерно такого же возраста этот коньяк,— пошутил метрдотель и прибавил: — Черчилль его любил
Как только прозвучало это имя, словно поник наш флажок, и метрдотель чуть не испортил весь вечер. Официант, подавший коньяк, уроженец Дургути, раненный на войне, проворчал:
— Чтоб он сдох.
— Да он уже умер,— заметил метрдотель.
— Я говорю, чтоб он сдох. Одной смерти ему мало
Греческую речь теперь часто можно услышать в Ереване. Зажжешь спичку, и загорится весь зал.
— Не думай, я на вас не в обиде, продолжал На
— апет.— У нас нет оснований обижаться. Я BOCXHI 1 Грецией, люблю ее, чувствую к ней благодарностей страна, где я родился. Впрочем, там все вновь р0>Кд Я ся, если кое-что знают о мировой истории. Однако родила в Греции мать, чего я не отрицаю, и во всех сЯ книгах упоминаю об этом. То, что я родился в Гпе°Их помогло мне лучше узнать свою страну, ее раны, как и у вас, у нас множество ран и великая гордость... Я
— «Наапет» по-армянски означает «первейший». старейшина и патриарх рода. Если слышишь армянски" суффикс «пет», значит, имеешь дело с выдающейся лиЛ ностью: варпет — большой, старший мастер, вар>Л
— пет — учитель, вардапет — ученый-священнослужи.
— тель. Святой Месроп, создавший армянскую, письмен-ность, и все ученые мужи из монастырей и древних университетов были вардапетами. А главнокомандую. щий, великий предводитель армянского войска, был ^парапетом. Азарапет — одно из высших должностных лиц при дворе армянских царей, как бы министр почты. Да и карапет, как мы знаем, предводитель каравана. Все это я усвоил в первый вечер, когда знающие греческий язык армяне собрались послушать то, о чем говорил за столом Наапет.
— Страдания наши неописуемы, а историю представь себе как путь среди бесчисленных опасностей, Симплегад. Армения всегда оказывалась в окружении хищников посильнее нее. То они договаривались между собой и делили нашу страну на две части, то ее целиком захватывал сильнейший и держал в своих руках сколько возможно. Люди и природа принуждали нас к этому Посмотри, как расположена наша страна: позади Кавказ, с другой стороны ликам: Грузии, Азербайджану и Армении. Последняя самая маленькая, самая гористая и самая многострадальная по своим природным условиям и истории. Больше двадцати горных хребтов разрезают ее вдоль и поперек. С тех давних времен, как окаменела лава, ассирийцы успели породить вавилонцев и вместе они — мидий цев и персов. Затем здесь были Александр Великий, Селевкиды, римляне, византийцы, воители Понтнйского царства, арабы, монголы и турки — сначала жестокие сельджуки, потом более изнеженные османиды. И сно-
* ш
ва персы, русские — потоки лавы истории разрезали страну и делили заново. Поэтому так легко заблудиться в армянской истории и в этих горах. Даже Ной, говорят, отыскал Арарат с большим трудом; прежде чем пристать к нему, он пытался приютиться на других вершинах, но горы при его приближении кричали:
— Ошибаешься, не туда правишь! Плыви дальше к нашему старшему брату Масису1. Он один не будет за топлен.
Воистину это счастье: найти свою гору, найти человека, который умело проведет тебя в пути, хорошего проводника. В знаниях Наапету не откажешь, как и в страстном желании и удивительном даре в немногих образных словах оживлять разные картины. Он и сам как хорошая книга.
Однажды, очутившись в горах, мы заночевали в ста ром караван-сарае. Уже сгустились сумерки, шел дождь, переходивший в град. Там, на большой высоте я впервые увидел странную игру красок и света
К высоте тут привыкаешь, как промокший под дождем — к ливню. Стоит ступить на армянскую землю, и ты уже в горах. Передвижение означает выше и ниже поднимаешься и спускаешься, как по лестнице дома. Сто, триста метров — прыжок блохи. Из столицы, расположенной на высоте тысячи метров над уровнем моря выезжаешь на час прогуляться и попадаешь на озеро Севан. Стало быть, ты преодолел еще тысячу метров На такой же высоте оказались и мы с На а петом в тот вечер
Ливень в горах, стремительные и бесконечные пото-
— Арарат. Чихни оба эти великана, камня на камне не останется. Мы знаем немало таких катастроф...
— И в самом деле, Закавказье, где находится современная Армения,- это волна лавы, скатившаяся с бурного хребта Большого Кавказа на склоны, обращенные к Ирану и Малой Азии. На пути она столкнулась с потоками лавы, сбежавшими с противоположных гор, и среди этих циклопических страстей сгустилась, окаменела, раздев- лившись на горные воеводства со сложной системой, хребтов, вершин и склонов.
Закавказье принадлежит трем небольшим респуб ки. Тучи чуть ли не на крыше дома, грохочут, слова!! колесницы, и хотя на дворе вечер и сильная буря, минуту не меркнет разлитый вокруг свет, точнозайД -мается заря, и вырисовываются, как днем, четко очеп* ченные на сине-зеленой ленте горизонта дубы на греб- нях дальних гор, а справа контуры округлого и голого как яйцо, холма. Холмом этим я залюбовался еще в полдень, по дороге сюда; все смотрел на него и не мог насмотреться. Я пытаюсь различить его краски. Их много. А когда солнце садится, они будто дробятся, переливаются...
Мы сидим на веранде. Наапет рассказывает мне об армянском языке. Армянский принадлежит к семье1 индоевропейских языков, но он многократно скрещи- вался с языками местных племен Древнего Востока: ассирийцев, халдеев, евреев, позже арабов, турок. Настоящий пир языков. Порой гласные тонут в море согласных. Однако армянская речь благозвучна.
Наапет говорит и на других языках. Помимо гре-, ческого он владеет турецким, хорошо знает русский, английский, переводит, думаю, и с французского.'Армя-; нам, по его словам, нечего завидовать другим языкам: их ! язык пластичен, выразителен. Множество согласных —их больше тридцати — не вредит благозвучию, они про-! износятся отчетливо, не хрипят, не ползут по гортани и j языку, а журчат на зубах и губах. Впрочем, их не так! много, как кажется. Алфавит точяо регистрирует все звуки, дает отдельные символы каждому их оттенку, поэтому обычно у армянской согласной написание, название и произношение различны — «троякая жизнь».
— В конце концов, у нас есть все, что нужно для жизни. Мы не исчезли, как многие другие народы. Взять хотя бы эти горы, чтобы не ходить далеко за при-; мерами... Сколько народов прошло здесь! Они убивали или прогоняли другие, жившие тут до них. Пускали корни и воцарялись, казалось бы, навеки. Потом, в один прекрасный день, стирали и их с географической карты,; оставались лишь имена. Таких много, очень много. А м живем. И, несмотря на все перенесенные страдания, про-! должаем жить. Говорим на том же языке, на котором говорили наши отцы и деды, и знаем, что благодаря ему сумели сохранить себя. Язык восполнял то, что v нас
отнимали, не давал умереть памяти и вновь собирал нарассеянных по белу свету. Такова уж наша судьба... И у вас, греков, большая история и прекрасный язык. Но какие беды бы вас ни постигли, вы никогда не лишались своей земли, в ней скрывали свои тайны. А у нас был только язык. К нему мы всегда обращались и на него опирались, чтобы набраться мужества. В языке наша сила. Почитай армянских поэтов...
Дикие орды будут приходить и потом исчезать в веках,
Но наш язык бессмертный будет звучать, нас оживляя..
— Но разве можешь ты их прочитать? Чтобы оценить язык, ты должен прочесть их в подлиннике. Переводы ни о чем не говорят, при переводе все пропадает. Послушай наши песни. Без них не поймешь страну. В песнях наша история, полная бедствий. Поэтому армянский язык не делает различия между песнями и бедствиями. «Ергер» — это бедствие и в то же время песня. «Надежда гибнет, песня рождается». Слава Господу, велико его имя. Велико, как язык, который он нам дал. В Бога я не верю. Но когда речь идет о родном языке, мне хочется, чтобы он был, этот Бог, которого я мог бы благодарить...

Категория: Армяне М. Александропулус | Добавил: eduard (18.12.2010)
Просмотров: 1183 | Теги: Наапет | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Джемете, гостевой дом "Роза Ветров".IPOTEKA.NET.UA - Ипотека в УкраинеКаталог ссылок. Информационный портал - Старого.NETСалон ДонбассаКаталог сайтов Всего.RU Компас Абитуриентаtop.dp.ru
Goon
каталог
top.dp.ru Rambler's Top100 Фотостудия: фотосъемка свадеб, фото модель, модельное агентство CATALOG.METKA.RU